Дети позвали к себе жить и с внучкой сидеть. Приехала, посмотрела на раскладушку в кладовке и уехала

Нет, в кладовке раскладушка не хранилась. Она стояла там в разложенном виде и гостеприимно ждала меня. Клетушка два на полтора, цветастая лежанка со сложенным комплектом белья. На двери в кладовую — два крючка.

— Митя приделал, чтобы Вы одежду могли вешать, — похвасталась Дина, мать моей внучки. — А раскладушку у сестры попросила — на ней раньше сын её мужа от первого брака спал, когда в гости приезжал. Теперь вот Вы приехали…

— А можно её в детскую переставить? Или в гостиную? — я обвела рукой трёхкомнатные хоромы.

— В интерьер не впишется! А сюда как раз влезла. Чай? Кофе?

— Нет, спасибо. Дина, ты меня извини, но я не буду спать в кладовке.

— Больше негде, — она поджала губы.

— Тогда прошу меня простить, ничем не могу помочь. Дина, мне бы с внучкой хоть поздороваться, да поеду домой.

— Спит, не надо к ней ходить, разбудите ещё, — отказала она.

Я взяла сумку и пошла к выходу.

— Зачем вообще приезжали? — хмыкнула Дина.

На вокзале пришлось проторчать почти два часа, автобусы в мой посёлок ходят редко. Сын не брал трубку. Хотя знал, что я должна была приехать — на пару с Диной меня уговаривали.

Дина решила выйти на работу, до садика ещё далеко. Вот и бабушка пригодилась. Я подумала и согласилась — почему бы и нет? Поближе к внучке буду, а то сами приезжают раз в полгода.

Обещали спальное место и еду. Спальное место я увидела. И даже стало страшно: чем бы меня кормили? Врагу бы в кладовке не постелила! Ещё и на детской раскладушке.

Понимаю, гостем незваным свалилась бы. Но ведь ждали! И уговаривали! Оба, не только сын. «Ну, пожалуйста, Ксения Кирилловна, пожалуйста! Я без Вас, как без рук. Вы нас так выручите, так выручите!» Послушалась, поверила, трусы пузырём надула, прилетела. А мне — раскладушку и два крючка.

Сын перезвонил когда я уже села в автобус.

— И что тебя не устроило? Разве так делается? Дина в понедельник на работу выйти должна, а ты нас так кинула. Ну спасибо, мама!

— Это вам спасибо, уважили. Сами в кладовках на раскладушках спите! — разозлилась я, обиженная тоном Мити.

— Ты пьяная что ли? Какие кладовки? Какие раскладушки?

Я поведала сыну о встрече и гостеприимстве Дины. Рассказала о предложенном мне спальном месте, которое меня оскорбило.

— Да, мама. Права Дина — ты пьяная приехала. Она для тебя диван в гостиной разложила, шкаф освободила. Я думал, у вас всё — мир, дружба, жвачка. Не хотела сидеть с внучкой — сразу бы отказалась! Зачем придумывать? С такой матерью и врагов не надо! Пока, мама!

Состояние после звонка не описать словами. Боль, разочарование, обида, злость. Диван, шкаф… Сказки!

Я позвонила Дине и потребовала, чтобы она сказала правду.

— Какую правду? Вам не стыдно? Вы сами уехали! Не хочу обвинять, но Вам бы поменьше пить, в Вашем-то возрасте! — заявила она и бросила трубку.

Я ещё даже в себя не пришла, когда снова позвонил сын.

— Значит так: Дина мне скинула фотографии из дома. Знаешь, что я на них вижу? Застеленный диван и пустой шкаф! Фото кладовки тоже есть, там лежат старые вещи и моя резина. И да, мама, никаких крючков на двери в кладовку и в помине нет! Завязывай бухать! — наорал он.

Всё сразу стало понятно. Не хотела Дина, чтобы я приезжала и у них жила. Зачем тогда звала и приглашала? Перед Митей себя хорошей показать?

Решила им не звонить больше. Правда на моей стороне, но как доказать? Мне и в голову не пришло снимки сделать.

Последним гвоздём стал недавний звонок племянницы: Дина всё-таки вышла на работу, а с моей внучкой сидит вторая бабушка, мать снохи, которая стала жить у детей. Молодец Дина, как всё обставила: её мама — хорошая, я — пьяница в глазах сына.

Съездила, выручила. Выть хочется.

Источник

«Она же уже год, как лежачая. Брось ее. Найди себе молодую, здоровую бабу, ты же красивый мужик!»

Жаль погреба нет, иначе бы делала 50 Банок! Огурцы на Зиму без уксуса и стерилизации